Суд над руководителем «Абинск-ТБО»: Анна Ланцева надеется на справедливое решение. Видео

24.04.2019 в 15:45, просмотров: 1259

В Абинском районе собираются осудить главу предприятия «Абинск-ТБО» Анну Ланцеву. Логика происходящего наталкивает на мысль о рейдерском захвате ее бизнеса. Ни следствие, ни прокуратура, ни суд, судя по всему, совершенно не заинтересованы в объективном и беспристрастном изучении материалов дела. О какой справедливости может идти речь, если потерпевшему верят на слово, а обвиняемой и ее защитникам буквально затыкают рот?

Суд над руководителем «Абинск-ТБО»: Анна Ланцева надеется на справедливое решение
Адвокат Наталья Власенко возле нефтяного прорыва на свалке «Абинск-ТБО» осенью 2018 года.

В прошлом номере мы писали об этой истории, обещали следить за тем, как она будет развиваться. Но, вероятно, развиваться ситуация не собирается, потому что уже стремительно мчится к финалу, который очевиден. В Абинском районе главу предприятия, признанного региональным оператором ТБО, всеми силами и во что бы то ни стало пытаются засадить в тюрьму, чтобы удовлетворить чьи-то шкурные интересы. Даже присутствие журналистов на судебном заседании никого не смущает. Поубавилось, правда, откровенной неприязни по отношению к обвиняемой, потерпевший не так злорадно потирает руки, когда подсудимой становится плохо. Напомним предысторию.

С 2009 года усовершенствованная свалка твердых бытовых отходов находится в ведении компании «Абинск-ТБО». Именно тогда предприятие взялось за восстановление увядающей мусорной отрасли района. Мощности «полигона» не раз выручали Краснодарский край. Во время Крымского ЧС в 2012 году сюда свозились отходы из зон подтопления. Сделано это было по распоряжению высшего руководства Кубани. Везли всё без разбору: строительный мусор, бытовую технику, мебель. Сотрудникам предприятия вменялось только считать количество машин и ввозимые объемы. За несколько дней навалили столько мусора, что пришлось захламлять прилегающий участок — тело свалки в эти дни увеличилось почти в два раза. В июне 2015 года ООО «Абинск-ТБО» получило лицензию на захоронение отходов 4-го класса опасности, объект включили в Государственный реестр объектов размещения отходов. В июне 2018 года по приказу краевого Министерства ТЭК и ЖКХ компания «Кубань-ТБО» — второе предприятие Анны Ланцевой получило статус регионального оператора ТБО по абинской зоне. На фоне стремительного развития случались странные вещи: в 2015 году проворовалась прежняя бухгалтерия предприятия — сотрудников уволили, а некоторых осудили, после этого пошла волна общественных возмущений. В 2017 году неизвестный совершил поджог свалки. То, что это человеческих рук дело, установили сотрудники МЧС, но в возбуждении уголовного дела было отказано. Затем прокуратура зачастила с проверками. По пять раз в месяц субъект малого и среднего предпринимательства подвергался внеплановым проверкам. Внезапно возбудилось ранее молчавшее Абинское лесничество. В итоге было возбуждено уголовное дело о загрязнении почвы и гибели деревьев в результате предположительных нарушений при захоронении опасных отходов.

Статьи, которые вменяют Анне Ланцевой, предполагают санкции вплоть до десяти лет лишения свободы. Иначе говоря, если суд признает ее виновной, основываясь на коряво и на скорую руку состряпанные материалы уголовного дела, то «Абинск-ТБО» лишится своего руководителя. Заметим, что с июля 2019 года должен заработать региональный оператор — единственная субъект, имеющий право на сбор и захоронение отходов. В чьи руки попадет лучшая в своем роде кубанская свалка, остается только гадать…

Адвокат Наталья Власенко пояснила, что УПК четко определяет обстоятельства, подлежащие доказыванию, а именно событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность конкретного лица, форму его вины и мотивы. Задача прокуратуры — проверить материалы, представленные предварительным следствием, для утверждения обвинительного заключения. В случае недостаточности собранных доказательств либо несоответствия их нормам, установленным УПК,— возвращать следствию для приведения в соответствие.

Прокурор — это тот же учитель, который проверяет школьные тетради, правда, если он закроет глаза на допущенные ошибки, ценой его халатности может стать жизнь человека. То же самое происходит с делом Ланцевой.

Одним из показательных моментов является наличие в деле нечитаемых протоколов.

— Как можно было передавать в суд материалы дела с нечитаемыми протоколами, а в ходе судебного процесса представлять печатные копии этих протоколов? Интересно, какой нормой УПК руководствовался государственный обвинитель, представляя данные протоколы? На этот вопрос гособвинитель отказался отвечать. Суд в свою очередь на заявленное ходатайство о вызове следователя, который составил данные протоколы, на дачу объяснений по данным протоколам также отказал в ходатайстве, однако печатные копии протоколов приобщил,— говорит адвокат Наталья Власенко. — Как, извините, установить, что печатная копия соответствует нечитаемому рукописному оригиналу? Если отталкиваться от судебной практики и постановления Верховного Суда, подобные процессуальные документы нельзя класть в основу обвинения. Однако обвинение берет их за основу. Остается загадкой, как следователь могла изготовить печатные копии, если учесть, что материалы дела находятся в суде? Это лишь малая часть процессуальных нарушений, о которых можно заявлять по делу Ланцевой.

Возражаю, ваша честь!

Очередное судебное заседание по делу Ланцевой состоялось 17 апреля. И снова началось оно с ходатайства защиты об отводе судьи. Напомним, что предыдущие заседания длились более восьми часов, а на Анну Ланцеву оказывалось комплексное обвинительное давление. Просьбы сократить время рассмотрения дела уходили в пустоту. Даже вызов «скорой помощи» не возымел действия.

«Возражаю, это затягивание»,— говорил государственный обвинитель. «Возражаю, ваша честь»,— улыбался потерпевший. Все ходатайства защиты, вскрывающие вопиющие нарушения в ходе расследования дела, судья отклонял. Именно поэтому защитники Константин Савченко и Наталья Власенко настаивали на отводе Его чести. Однако и в этот раз судья воспротивился собственному отводу после совещания в своей комнате.

Член Общественного совета муниципального образования Абинский район Валерий Курлов состоит в комиссии по вопросам экологии, правопорядка и общественной безопасности. Он также входит в состав Экологической вахты по Северному Кавказу. В суде он выступил свидетелем со стороны защиты. По его словам, абинская свалка — это очень давний вопрос. Задолго до прихода Ланцевой регулярно составлялись протоколы о сливе нефтяных отходов, о прорыве нефтяных скважин, то есть у свалки большая загрязняющая история. Однако место для ее размещения выбрано правильно: глубокая глинистая подушка не позволяет вредным веществам распространяться.

— Мы ратовали за закрытие свалки, но, когда встал вопрос о выборе регионального оператора, неоднократно участвовали в общественных слушаниях по выделению новой территории. И лучше всего подходила территория рядом с уже существующей. Если всё будет рядом, то, попав в федеральную программу по ликвидации свалок, нам легче будет ее рекультивировать, потому что всё будет находиться в одном месте.

По словам Валерия Курлова, на свалку неоднократно приезжало руководство края, чиновники признавали, что этот объект один из лучших в крае.

— До того момента, как возник вопрос об определении регионального оператора, особенного интереса к свалке никто не проявлял, а как только об этом заговорили, интерес появился,— сказал свидетель. — Я думаю, что всё упирается в деньги, потому что в государственную программу будут вливаться огромные средства, поэтому как не завладеть таким имуществом? Это же нескончаемый бизнес до самой старости.

Ущерб посчитали на пальцах

Оживление в ряды присутствующих внесло ходатайство защитника Константина Савченко о признании доказательства недопустимым и назначении судебной экспертизы. Доводы прокуратуры рушились на глазах, но исход ходатайства был очевиден.

По словам адвоката, суду был представлен предварительный расчет размера взысканий за ущерб, нанесенный лесному фонду, который был подготовлен задолго до возбуждения уголовного дела. Этот расчет произвел специалист Савостин, а подписал его представитель потерпевшей стороны Аристов. Несмотря на то, что этот расчет был предварительным, а следовательно, предположительным, он почему-то стал окончательным. Никто не перепроверял факты, изложенные потерпевшей стороной. Причем это единственный документ, в котором говорится о 426 погибших деревьях,— иных объективных доказательств в материалах дела попросту нет. Не указано количество усохших деревьев, их описание и точное местоположение. Расположение деревьев подтверждает лишь ксерокопия схемы свалки, на которой от руки отмечено пять участков. Лишь один из указанных участков частично примыкает к участку, который использовала Ланцева в период инкриминируемого деяния.

То есть человеку вменяют территории, которые его совершенно не касаются. Прояснить и тщательно изучить эти моменты никто не удосужился. Прокуратура Абинского района — тем более.

— Получается, представитель потерпевшего самостоятельно на основании только ему известных данных составил предварительный расчет ущерба, который и положен в основу обвинения, выступив еще и в качестве специалиста. Фактически ему необоснованно предоставлена презумпция непогрешимости,— говорит Савченко.

Адвокат отметил, что указанную схему направили следователю только через четыре месяца с момента последнего осмотра места происшествия. Сам специалист Савостин рассказал, что факт усыхания деревьев выявил в 2016 году, но только в следующем году провел единоличное обследование. При этом лесничество использовало методику расчета ущерба по площади с использованием планшета 1992 года, то есть по плану 27-летней давности, а ведь таксация лесов должна производиться со сроком давности не более десяти лет.

По закону при обнаружении экологической катастрофы нужно уведомлять компетентные органы в пятидневный срок, но по какой причине тянули резину сотрудники лесхоза? Специалист Савостин выявил факт уничтожения лесных насаждений в 2016 году, зафиксировал его в мае следующего года, а сообщил об этом в правоохранительные органы лишь в августе 2017 года.

Более того, после обнаружения факта гибели растений в тридцатидневный срок необходимо провести лесопатологическое обследование, чтобы установить, где, какое и от чего дерево погибло… Но не было никакого лесопатологического обследования!

В документах используется специальная терминология, в которой ни следователь, ни прокурор, ни суд не потрудились разобраться, чтобы правильно понять дело. Так, в документах сущая путаница с понятиями «усыхающие деревья», «сухостой», «свежий сухостой» и «старый сухостой». Как можно докатиться до обвинения, окончательно не уяснив, что именно погибло, где именно и когда именно?

Что говорят московские эксперты

Из-за того, что в деле обнаружены значительные несоответствия и нарушения требований законодательства, сторона защиты провела независимую лесопатологическую экспертизу в московском Центре проведения судебных экспертиз, которую попыталась приобщить в своем ходатайстве.

— Выводы специалистов кардинально отличаются от выводов, положенных в основу обвинения,— сообщил суду Константин Савченко. — Установлено, что погибло не 426, а 381 дерево. Семьдесят процентов деревьев погибло в период с 2011 по 2015 год. Тридцать процентов — с 2016 по 2018 год. Причиной гибели деревьев является нарушение гигиенических требований СанПиН к устройству и содержанию полигонов твердых бытовых отходов.

Из общего количества погибших деревьев, по словам адвоката, 210 расположены на земельных участках свалки, то есть находятся в собственности администрации. Исходя из заключения специалистов, количество погибших деревьев, их порода не соответствуют расчету, представленному Аристовым. Большая часть деревьев не принадлежала и не принадлежит лесхозу, поэтому в данной части ущерб лесхозу вообще не причинен.

Как действуют на местах

Как и следовало ожидать, ходатайство суд отклонил. Государственный обвинитель с присущим ему обвинительным упорством отвергал доводы защиты. Совершенно не заинтересована прокуратура в установлении истины и в том, чтобы справедливость торжествовала. Какое тут торжество? Тут не иначе как поминки по справедливости.

Во время допроса Анна Ланцева рассказала, что до возбуждения уголовного дела к ней никто не обращался с претензиями и исками: ни лесхоз, ни администрация, ни соседние собственники. Когда делу был дан ход, прокуратура стала мучить бесконечными внеплановыми проверками.

— Все проверки были подписаны именем заместителя прокурора Абинского района Нечесова. Если учитывать, что прокуратура подписала обвинительное заключение и направила дело в суд с такими огрехами, напрашивается вопрос: кому это выгодно? — говорит Ланцева. — Изначально следователь мне показывала постановление о возбуждении уголовного дела с периодом 2011—2017 годы, но после того, как мы принесли справку, что у меня в 2012 году родился ребенок, возникло постановление с 2015 года, когда я вышла из декретного отпуска… На фоне такого давления, прессинга со стороны проверяющих органов, в данном случае — Прокуратуры Абинского района, я вижу, что суд принимает обвинительную сторону, не защищает мои права, не рассматривает доказательства, не подходит к вопросу тщательно и грамотно. Я считаю, что уголовное преследование — это давление на бизнес.

В этой истории множество нюансов, на которые обвинение закрыло глаза. Взять хотя бы факт того, как определялся ущерб почве. Пробы брали прямо из тела свалки, а не за границей санитарно-защитной зоны полигона, на расстоянии 500—1000 метров!

В противовес доводам прокуратуры о том, что руководство предприятия только и делает, что загрязняет окружающую среду, у «Абинск-ТБО» разработан проект заборных контрольных скважин, благодаря которому ежеквартально в автоматическом режиме система отслеживает состояние почвы. Результаты моментально выводятся на общедоступный сайт, то есть полностью исключен человеческий фактор — данные поступают оперативные и достоверные. Если вдруг система обнаруживает какое-то превышение, сразу об этом сигнализирует и дает рекомендации по решению возникшей проблемы. Это не люди с банками, которые ходят по заведомо опасному объекту и обнаруживают чудовищные превышения норм содержания «иных продуктов» там, где им кажется грязнее…

Вполне возможно, что сегодня в Абинском районном суде будет вынесен приговор Анне Ланцевой. И сделано это будет, как видите, на довольно сомнительной основе: в материалах дела голословные утверждения, нечитаемые протоколы, гипотетические ужасы и прочее. Если у абинского правосудия такая основа, то о какой справедливости в Абинском районе может идти речь?

— По нашему с коллегой мнению, вина Ланцевой не установлена и однозначно должен быть оправдательный приговор,— говорит адвокат Наталья Власенко. — Надеемся, суд даст объективную и справедливую оценку представленным доказательствам.

Санкции . Хроника событий