В Крымске могут снести дома, восстановленные после наводнения на бюджетные деньги

14.05.2019 в 14:35, просмотров: 13950

Семью из Крымска чиновники собираются оставить без крова за реконструкцию дома, пострадавшего во время чрезвычайной ситуации в 2012 году. А ведь на ремонт была выделена государственная помощь.

В Крымске могут снести дома, восстановленные после наводнения на бюджетные деньги

За Крымск всем миром

Летом 2012 года в Крымском районе произошла трагедия. Обильные осадки и непроходимость реки Адагум вызвали чудовищное наводнение. По официальным данным, погибли и пропали без вести 171 человек. В зону подтопления попало около восьми тысяч жилых домов, пострадало более 53 тысяч человек. Вся страна спасала и поддерживала жителей Крымска. Государство собрало федеральные, региональные и муниципальные ресурсы и направило их на помощь людям.

На восстановление пострадавших населенных пунктов правительство выделило около 1,4 миллиарда рублей, а Кубань — около восьми миллиардов, из них 3,3 миллиарда рублей пошло на проведение капитального ремонта жилья, которому был нанесен ущерб.

В дни ликвидации ЧС пострадавшие районы посещал президент Владимир Путин. Он обещал поддержать людей в трудную минуту и лично контролировал выплаты кубанским семьям. Он говорил, что пострадавшим нужно помочь в восстановлении утраченного или компенсировать затраты на капитальный ремонт. Помощь оказывали всем: и потерявшим родных, и лишившимся крова, и тем, чье жилье утратило жизнестойкость.

Государство помогло…

Домовладение пенсионерки Надежды Антипченко в станице Нижнебаканской паводок тоже не пощадил. Хоть и не смыло его совсем, но фундамент размыло изрядно, конструкция из самана и известковых блоков просела. Вместе с сыном Иваном женщина, как тогда полагалось, в законном порядке получила от государства материальную выплату на проведение капитального ремонта. О том, что домовладение находится в зоне затопления, есть даже справка по месту требования. Сохранились документы, подтверждающие получение финансовой помощи на ремонт жилья. Помогать с восстановлением дома физически никто не собирался, поэтому Антипченко полагались на самих себя. Представители местной администрации, всполошенные ЧС, не раз объезжали пострадавшую местность и увещевали жителей: вы дома восстанавливайте, а мы это потом всё узаконим, ситуация ведь серьезная. То есть чиновники в тот момент выступали апологетами президента и примеряли на себя образы спасителей.

Полгода семья Антипченко как-то перекантовалась. Зимой закупили строительные материалы, потому что в это время года они дешевле. По весне своими силами стали восстанавливать жилье. Старый фундамент был непригоден, поэтому Иван залил новый. Прежнее строение стояло вплотную к меже, но на этот раз Иван сделал отступ в глубину двора и немного нарастил тыльную сторону дома. Приходилось перекраивать дом без полного разрушения прежнего. То есть мужчина провел реконструкцию дома, потому что обычный ремонт ситуацию бы не спас.

Местная власть пытается отнять

По словам Надежды Ивановны, за время реконструкции к ним не раз приезжали различные комиссии, но никаких нареканий не возникало, никто руками не размахивал. В конце прошлого года семья обратилась в администрацию за регистрацией строения с частично измененными параметрами. Были назначены публичные слушания по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства. Двадцать пятого февраля 2019 года вышло постановление об отказе, то есть здание было признано самовольным и, как вы понимаете, подлежащим сносу.

Единственное жилье, в котором проживает семья с маленькими детьми и женщиной пенсионного возраста, подлежит сносу. Вы только вдумайтесь! То есть во время ЧС население должным образом чиновники не оповестили (виновные ответили по закону), потом попытались загладить свою вину деньгами на ремонт, а когда люди своими силами сделали этот ремонт, домовладение внезапно стало нарушать регламенты. То есть то, что не смогло сделать наводнение, готовы сделать чиновники. Пользуясь своей властью и полномочиями, они готовы лишить людей единственного жилья, буквально вышвырнуть их на улицу. Разница лишь в том, что в этом случае не предусмотрено никаких компенсаций, а тем более прилета президента.

В своих мотивировках администрация постоянно ссылается на решение Крымского районного суда, который запретил выдавать разрешения на строительство и реконструкцию объектов капитального строительства в зоне затопления, пока уполномоченными органами не будет предотвращено негативное воздействие вод. Однако в аналогичном деле, завершившемся в пользу гражданина, райсуд разъяснил свою позицию: такое решение не содержит прямого запрета на отказ в выдаче разрешений, а, напротив, обязывает администрацию принять меры к устранению выявленных нарушений действующего законодательства и восстановлению нарушенных прав граждан. К тому же Совет Крымского городского поселения 24 сентября 2012 года, заявляя о запрете выдачи разрешений до окончания реализации защитных мероприятий, не указал ни сроки проведения этих работ, ни виды этих мероприятий.

Власть также ссылается на постановление администрации Нижнебаканского сельского поселения от 11 июля 2012 года, согласно которому участок, который находится в собственности Антипченко, внесен в реестр границ зоны затопления. При этом Крымский районный суд разъясняет, что данное постановление не может являться нормативным правовым актом, потому что полномочия определять зоны затопления есть только у Федерального агентства водных ресурсов, и в период ЧС эти полномочия администрации района не делегировались. Выходит, что ссылка на это постановление не имеет правовой силы.

Ловушка пустых обещаний

Сейчас подтопленцы загнаны в юридическую ловушку: с одной стороны, им оказали помощь, но с другой — любые действия по реконструкции или строительству объектов легко попадают под запрет.

Не будем ничего утверждать, но ситуация вполне благоприятствует нарушениям антикоррупционного законодательства. Вряд ли женщину-пенсионерку стали бы «топить» за нарушение градостроительных норм, не будь у нее работающих родственников.

Когда на карту поставлено благополучие детей, смиренно принимать удары от бюрократической машины невозможно, поэтому семья Антипченко стала искать правды в вышестоящих инстанциях.

В своем обращении к прокурору Краснодарского края Сергею Табельскому Надежда Антипченко, изложив суть проблемы, просит защиты: «Не дайте снести мой дом — это мое единственное жилье. Где я на старости лет жить буду? Не оставляйте меня и мою семью на произвол администрации Крымского района».

Аналогичное обращение было направлено губернатору Кубани Вениамину Кондратьеву. Его перенаправили в краевое управление МЧС, которое ответило стандартной отпиской со скопированной у районных чиновников аргументацией, вплоть до ссылки на постановление от 11 июля 2012 года о зонах затопления.

Жители Нижнебаканского резонно обеспокоены своей судьбой. По подобному лекалу можно все прибрежные дома под снос пустить. Для нынешнего районного руководства 2012 год, получается, был в далеком прошлом, словно его и не было вовсе, а то, что деньги людям выделялись на реконструкцию поврежденных домов, то есть на конкретные цели, которые достигнуты, никто учитывать не торопится. Прошло столько времени, и тут вдруг выплывает постановление. А людей куда девать в случае сноса? Вышвыривать на улицу? Или им жилье предоставят? Судя по всему, этого делать никто не собирается.

Тут же идут ссылки на нарушения Градостроительного кодекса. А где были чиновники на протяжении всех этих лет? К тому же у семьи Антипченко есть нотариально заверенное согласие соседей на строительство на расстоянии одного метра от совместной межи и ввод в эксплуатацию жилых строений. Какое тут нарушение Градостроительного кодекса?

Практика показывает, что в случае сноса единственного жилья человеку дают полгода, чтобы он куда-нибудь убрался. Если не успел этого сделать, пригоняют бульдозер и рушат дом под вспышки камер и комментарии специалистов. Потом всё это подается народу под соусом борьбы с самостроями. Крымские чиновники, судя по всему, не чувствуют ответственности перед людьми. Во время ЧС они, конечно, руководствовались указами президента и распоряжениями губернатора, давали пострадавшим семьям устные разрешения, но разрешительной документацией обещания не подкрепляли. Откладывали всё на абстрактное «потом». Это «потом» затянулось на долгие годы. Дошло до того, что, когда люди пытаются заявлять о своих правах, им ласково отвечают: «Да хоть Путину пишите!»

Данный материал является официальным запросом в правоохранительные органы края для проверки изложенных фактов, их правовой оценки и адекватной реакции на возможное нарушение прав человека.