Марка Яворского оставили в тюрьме

Слепому сочинскому подростку к году заключения под следствием добавили еще три месяца

13.04.2016 в 08:00, просмотров: 2581

Оксана Яворская, мама Марка, также настаивала на домашнем аресте или подписке о невыезде

 Марка Яворского оставили в тюрьме
Фото: личный архив

В Краснодарском краевом суде 6 апреля состоялось судебное заседание по делу Марка Яворского. Напомним, житель Сочи, которому только в конце марта исполнилось 18 лет, больше года находится в СИЗО Армавира. Его обвиняют в групповом избиении до смерти двух бомжей (ч. 4 ст. 111 УК РФ). «МК» на Кубани» уже писал об этом в материале «Слепой и Фемида» (№ 5 от 27 января).
По версии следствия, четверо бездомных жили на территории заброшенного санатория в Сочи, подрабатывали на стройках. 19 января 2015 года они выпивали. Здесь же находились подросток и его подруга. Девушка обнаружила пропажу денег. Марк заподозрил, что их украл 43-летний собутыльник. И якобы вместе с бездомными Яворский избил его. После такая же участь постигла другого, 28-летнего, мужчину. Однако родные юноши не верят, что он мог в этом участвовать. Как рассказал защитник Алим Таукенов, смерть мужчин действительно наступила от побоев. Но Марк не участвовал в драке. На момент преступления он был дома, что подтверждает биллинг (местоположение) сотового телефона — в то время он много говорил по мобильнику.
Краевой суд рассмотрел апелляционную жалобу на постановление Хостинского районного суда Сочи о проведении стационарной психолого-психиатрической экспертизы. Было решено, что подсудимые пройдут ее амбулаторно. На заседании прокурор поднял вопрос и о мере пресечения для подсудимых — назначить домашний арест Яворскому. По словам адвоката, такую позицию прокурор занял впервые: «Все-таки наши жалобы услышали».
— По делу фактически закончили судебное следствие, подсудимый — инвалид детства по зрению, кроме того, содержится под стражей уже более года, — аргументировал свою позицию прокурор.
Оксана Яворская, мама Марка, также настаивала на домашнем аресте или подписке о невыезде.
— Ваша честь, состояние сына ухудшилось. Зрение снизилось до 0,01 процента, то есть он практически ослеп. Гарантирую обеспечить явку Марка на все судебные заседания. Он не может сам передвигаться, необходим сопровождающий. Сыну требуется лечение. Но ни в СИЗО, ни в ИВС нет возможности выполнить рекомендации врача. Сейчас он постоянно зависит от желания и возможностей сокамерников, должен рассчитывать на их благосклонность, просить о помощи. Измените меру, пожалуйста…
Сам Марк был немногословен, пытался успокоить мать. Он и подсудимый Сергей Дмитриенко принимали участие в заседании по видеосвязи (еще один, Андрей Козлов, отказался).
— Я думал, справедливость есть. Согласился на полиграф — детектор лжи, чтобы доказать, что непричастен. Если бы просто хотел на волю побыстрее, сразу бы подписал признательные показания. Но я не виновен.
И добавил: во время следствия матери звонили неизвестные и настоятельно рекомендовали продать жилье, чтобы оплатить сыну свободу. То же написала и Оксана Яворская в открытом письме президенту РФ Владимиру Путину (копия в редакции). Есть здесь и строки о советах следователя признаться в преступлении.
«Мол, все равно он сидеть не будет, сразу освободят, так как его недуг входит в перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания. Но я и сын наотрез от этого отказались, поскольку хотим, чтобы нашли настоящих преступников. Не намерены брать на себя чужую вину».
В итоге Краснодарский краевой суд продлил арест всем подсудимым на три месяца, до шестого июля. На Оксану Яворскую просто больно смотреть. В недоумении остались и другие участники заседания. Среди них — член краевой Общественной наблюдательной комиссии Марина Романова и член Совета по правам человека при губернаторе Краснодарского края Елена Смирнова. По их мнению, меру пресечения можно было бы и смягчить. Тем более что прокурор выступил за домашний арест.
Между тем прокурор края Леонид Коржинек решил обжаловать постановление краевого суда. Возможно, скоро Марк окажется дома. «МК» на Кубани» продолжит следить за судьбой слепого подростка.