«Декольте» в концертном варианте

Театральный критик — о премьере оперы «Евгений Онегин» в Краснодаре

18.11.2014 в 16:21, просмотров: 2391

Премьера оперы П.Чайковского «Евгений Онегин» в концертном исполнении, подготовленная силами Краснодарского музыкального театра, состоялась в середине ноября в муниципальном концертном зале ТО «Премьера». Подобный формат у специалистов иронично значится «спевками-однодневками». Хотя если «вокальный дивертисмент» сделать качественно и с любовью, то и здесь можно насладиться гениальным произведением

«Декольте» в концертном  варианте

Но «Евгений Онегин» под руководством нового главного дирижера Музыкального театра Виктора Олина, увы, не произвел должного впечатления. Маэстро, прибывший к нам из Екатеринбурга и сменивший ушедшего не так давно с этого поста Андрея Лебедева, оказался заменой неравноценной. И вновь приходится убеждаться в непреложной истине, что все познается в сравнении. На этот раз оно явно не в пользу уральца.

Под его совершенно нечутким руководством оркестр, мягко выражаясь, «не прозвучал». Дирижеру явно не хватало контакта с музыкантами, эмоционального посыла, искренности, не говоря уже о полете. Однако непластичный, малоартистичный, суетливый (я имею в виду дирижерскую манеру) Виктор Олин, к сожалению, возглавил сегодня музыкальную часть краевого театра.

Что касается воплощения самой оперы и выбора исполнителей, то и здесь возникает множество вопросов. И прежде всего по Евгению Онегину, партию которого почему-то доверили спеть Михаилу Родионову. Более несценичного, зажатого, со спертым голосом артиста и вокалиста трудно себе представить. От такого героя-любовника окружающие дамы, включая няню, должны были сразу застрелиться. На фоне этого безголосья и «дубовости» Владислав Емелин в роли Ленского выглядел словно Энрико Карузо. Это опять же к вопросу о сравнении.

К сожалению, опера так и не стала для музыкального театра своим жанром. Нет ни той культуры, ни тех голосов, ни оперного восприятия, а самое главное, нет желания сердца.

Немало удивил в первом отделении и туалет Татьяны — Гульнары Низамовой. Его даже вульгарным назвать трудно: декольте до пояса (и это у деревенской скромницы, коей является пушкинская Татьяна)! Ну, слава Богу, что это не развернутое сценическое действо и что «Онегина» отпели по-быстренькому и при сравнительно небольшом стечении народа.

Кстати, в театре много лет шла интересная постановка Дмитрия Бертмана и Владимира Понькина. В чем-то спорная, в чем-то вольная, озорная, но очень яркая, эмоциональная. Правда, перед своим уходом Андрей Лебедев изъял ее из репертуара. Жаль, потому что то, что нам сейчас предлагают, не вписывается ни в какие художественные рамки.

Еще хочется коснуться невероятной новости, которая облетела всю театральную Кубань. Спектакль «Гоголь. Чичиков. Души» стал номинантом на «Золотую маску». Казалось бы, наш театральный мир должно просто распирать от собственного величия. Но то, что полотно попало в сей замечательный список, я думаю, как ни парадоксально, меньше всего заслуга режиссера-постановщика Александра Мацко. Кстати, его-то как раз и не предложили в номинанты, чему, впрочем, и не стоит удивляться, так как самое уязвимое и слабое место в претенденте на «Маску» — работа режиссера. И лишь благодаря выдвинутому на премию художнику спектакля москвичу Максиму Обрезкову, который на славу потрудился за режиссера-постановщика, эта прореха не стала столь явной.

Что ж, случается и такое. Но если у главного художника театра Вахтангова масса соперников, то у Владислава Емелина, еще одного номинанта, всего лишь один — замечательный вокалист из Санкт-Петербурга Евгений Зайцев.

Третья же номинация — за лучший спектакль в этом жанре — обычно в таком случае плюсуется автоматом. А зная возможности композитора Александра Пантыкина, слывущего фаворитом у «Золотой маски» и, так сказать, находящегося сегодня в тренде, неудивительно, почему наш спектакль стал выдвиженцем. Так что к искусству данное событие имеет самое косвенное отношение, скорее больше к закулисным играм. Чем же закончится эта партия, мы увидим весной, хотя, честно говоря, шансов у нашего «Гоголя» маловато.