Арсен Галстян: «Не люблю, когда люди бьют друг друга»

Как мальчик из далекого армянского села стал всемирно известным дзюдоистом

5 октября 2017 в 15:52, просмотров: 1405

Олимпийский чемпион Лондона 2012 года Арсен Галстян рассказал  «МК на Кубани»  о своем отношении к жизни и людям

Арсен Галстян: «Не люблю, когда люди бьют друг друга»
Фото: eurosport.ru

Российский дзюдоист, олимпийский чемпион Лондона 2012 года в весовой категории до 60 кг Арсен Галстян в интервью «МК на Кубани» рассказал о своем отношении к MMA, Карабахскому конфликту, объяснил, почему не слушает самую известную армянскую группу System Of A Down, а также поделился мнением, стоит ли его ждать на Олимпиаде 2020 года в Токио.
— Как вас, родившегося в семье профессионального футболиста,  угораздило связать свою жизнь с дзюдо?
— Отец играл в футбол только в Армении. Когда в 1996 году мы переехали в Адыгею, мне было 7 лет. Я очень любил футбол, и, наверное, если бы имелись какие-то перспективы им заниматься, остался бы в этом виде спорта. Но в нашей станице было дзюдо. Кстати, в детстве я пару раз бросал им заниматься именно потому, что это не игровой вид спорта. Только с третьего раза, в девять лет, начал тренироваться серьезно. Конечно, я доволен, что так все сложилось. Это сильный вид спорта, в котором нахожу большой смысл. Когда стал заниматься дзюдо, отец очень поддержал меня. Кстати, в Армении мы практически ничего не знали о дзюдо. Ведь там я жил в небольшом селе Неркин Кармирахпюр на северо-востоке страны. 
— Почему вам так нравились именно игровые виды спорта?
В школе я играл и в волейбол, и в баскетбол. Меня привлекали практически все игровые виды, потому что там больше ажиотажа, зрителей. В детстве мне нравилось, что я мог поехать на соревнования по игровым видам спорта сразу, без подготовки. И у меня все получалось, спасибо за это родителям, которые подарили мне хорошие физические данные. В дзюдо же необходимо годы тренироваться, чтобы попасть на соревнования. Хотя лично у меня результаты в дзюдо тоже появились достаточно быстро. Уже после года тренировок выиграл серьезные детские соревнования. Начался подъем, а с ним и новые цели, пришла любовь к этому виду спорта.
— На Играх в Лондоне вы выступали в весовой категории до 60 кг. Теперь перешли в категорию до 66 кг. С чем это связано?
— После победы на Олимпиаде-2012 я еще год выступал в категории до 60 кг. Но потом почувствовал, что надо переходить в более высокий вес. Я находился на стыке. Обычный мой вес 64 килограмма. Мне понадобился год, чтобы конкурировать в новой категории. Переход всегда сложен, но я набрал три-четыре килограмма, прошел хорошую физическую подготовку. Когда переходишь в другую весовую категорию, начинаешь с нуля. Нужно подниматься в рейтинге, входить в число 24 лучших, чтобы попасть на Олимпиаду. А в моей весовой категории около 200 претендентов. На чемпионате Европы в 2016 году (это был последний рейтинговый турнир перед Олимпиадой в Рио) я занял третье место в категории до 66 кг и был отобран на Игры. Но в этой весовой категории у нас уже были очень сильные ребята. Те же Михаил Пуляев и Камал Хан-Магомедов. Я еще был в другой категории, а они уже возглавляли рейтинг в своем весе. Ребята с большим опытом. Мне хотелось поехать, но они были более достойными. К сожалению, наш представитель в Рио, Пуляев, тогда проиграл. Моя ошибка была в том, что после Олимпиады я сразу не перешел в новую весовую категорию. Чтобы больше соревноваться, больше прощупать партнеров.
— Каково это — не попасть на Олимпиаду после того, как ты уже завоевывал на ней золото?
— Это легче, нежели вообще никогда там не быть. После победы на Олимпийских играх я стал более уверенным, золото придало мне новые силы. Ведь соперник уже тебя боится как чемпиона.
— Не появляется сложности с поиском мотивации после олимпийского золота?
— Мотивацию найти очень сложно! Спортсмены, которые повторяют свой олимпийский успех, — великие. Ведь ты все время тренируешься в залах, постоянно на выездах, не видишься с семьей. Четыре года я почти не бывал дома. А после победы на Олимпиаде приходится идти и снова тратить на это четыре года. 
— Сейчас в какой вы форме?
— Я давно не боролся, нахожусь на спаде. У меня были проблемы с голеностопом. Не хочу ездить просто так на соревнования, надо быть в форме, чтобы побеждать. Да, пока я восстанавливаюсь. Параллельно езжу с молодежными командами, помогаю в тренировочном процессе. Мы проводим мастер-классы, ездим по всей России и за границу, популяризируем наш вид спорта. Я уже определился, что после завершения спортивной карьеры буду развиваться на тренерском поприще.
В России дзюдо очень неплохо развито. Причем не только на Кавказе, но и по всей стране. После золота в Лондоне-2012 начался бум в нашем виде спорта, ведь до этого россиянам не удавалось добиться самого высокого результата на Олимпиаде. У нас постоянные семинары, приглашаются лучшие мастера мира. В Краснодарском крае с дзюдо тоже все благополучно. В Армавире отличная школа дзюдо. Неслучайно ее представитель Беслан Мудранов в 2016 году стал олимпийским чемпионом в весе до 60 кг. Хочется, чтобы в Краснодаре был центр дзюдо с хорошим залом. 
— Стоит ли вас ожидать на Олимпиаде-2020 в Токио?
— Сложный вопрос, тем более что до этих соревнований еще далеко. Посмотрим. Я тренируюсь, не бросаю заниматься. Но считаю, что на соревнования должны ездить те, кто может выигрывать и приносить победы своей стране, а не просто участвовать. Надо вовремя уходить. Если почувствую, что я не готов, буду помогать молодежи достигать высших результатов.
— Как вы относитесь к тому, что сегодня из всех единоборств самым популярным стал ММА?
— В ММА вкладываются большие средства. Все видят эти бои. Многие любят посмотреть драки. У меня есть друзья, которые увлекаются этим видом спорта. Я же не большой его любитель. Считаю это больше шоу. Я сторонник более традиционных видов единоборств. Не люблю, когда люди бьют друг друга. Но я не против, если кто-то хочет себя проявить в ММА. С другой стороны, дзюдо в России тоже жаловаться не приходится, отчасти потому, что им занимается глава государства. Он, кстати, с нами тренировался. 
— В какой форме сейчас находится российский президент?
— Я стоял с ним в паре в 2010 году. Форма у него была хорошая. 
— В одной из ваших биографий, размещенных в Интернете, говорилось, что вы увлекаетесь музыкой и кино…
— О да, музыка всегда со мной. Постоянно звучит в машине. Слушаю очень много разных направлений. Конечно, армянские песни и русские, а также зарубежные. Рок и рэп. Я люблю популярную музыку, обычно ту, что звучит в хит-парадах на первых местах. 
— Как вы относитесь к творчеству самого известного армянского коллектива — System Of A Down?
— Меня радует, что они поднялись на уровень всемирной славы. Но, если честно, не слушаю их. Это для меня слишком тяжело и агрессивно. Такая музыка меня грузит. 
— В Год литературы в России вы принимали участие в акции «Читаем игру», в рамках которой известные спортсмены России, представляющие Краснодарский край, презентовали свои любимые книги журналистам. Тогда, два года назад, вы подарили мне томик романа Булгакова «Мастер и Маргарита»…
—  Михаила Булгакова мне тогда посоветовала жена тренера, она работала учительницей русского языка и литературы в моей школе. Если честно, я не читал этот роман. Хотя в последнее время, взрослея, понимаю, что читать очень важно, это расширяет познания о мире, людях.  
— Почему вы уехали из Армении в Россию? Причина в Кабарахском конфликте?
— Можно сказать и так. Село, в котором я жил в Армении, находится не в Карабахе, а на северо-востоке страны, у границы. В километре от него расположен азербайджанский населенный пункт. Моя историческая родина находится на первой линии. Дом разрушил снаряд. У отца были друзья в России, он сам здесь бывал часто, поэтому решил переехать. В Армении у меня остались друзья, сестры, бабушка, много родственников со стороны обоих родителей.
— Как вы думаете, противостояние Армении и Азербайджана когда-нибудь закончится?
— Я очень на это надеюсь. Потому что в тех местах, где я родился в Армении, жизнь и так непроста. Людям тяжело найти хорошую работу, а тут еще постоянная напряженность. Я мечтаю, чтобы все вернулось, стало, как было раньше, как рассказывал мой дед, когда азербайджанцы ходили к армянам на свадьбу в соседнее село и наоборот. Мы жили вместе и с теплотой вспоминаем эти времена. Я не верю, что этот конфликт нельзя урегулировать. Когда переехал в Россию и пошел в первый класс, со мной в классе учились две азербайджанки. Здесь в России мы нормально общаемся. И сейчас у меня есть друзья азербайджанцы, я хорошо знаю ребят из сборной Азербайджана по дзюдо: Орхана Сафарова, Ильгара Мушкиева и других спортсменов. В 2010 году на турнире «Мастерс», который проходил в Баку, всю команду пустили, а меня, несмотря на наличие российского паспорта, задержали пограничники. Я провел у них 4 часа. Мне разрешили попасть на соревнования только после того, как все ребята из нашей сборной сказали, что не будут выступать без меня. Конечно, я чувствовал на соревнованиях там себя некомфортно. Выходя в Баку на татами, сразу слышал свист зала. 
— Вы смотрели видеосюжет о том, как на соревнованиях по боксу, проходивших в Баку в рамках Европейских игр, президент Азербайджана Ильхам Алиев жестом попросил зрителей не проявлять негативных эмоций и не освистывать украинского спортсмена армянского происхождения Геворга Манукяна?
— Это был очень хороший пример для людей. Я надеюсь, что когда-нибудь этот конфликт закончится. Уверен, что и армяне, и азербайджанцы хотят мира.
— Что вам дает дзюдо?
— Все!  Дзюдо сделало меня личностью, познакомило с людьми разных культур и национальностей, дало мне выход в мир, возможность увидеть все его разнообразие. Благодаря дзюдо я могу уверенно идти вперед и не боюсь сложностей.




Партнеры