Кубанские поисковики возвращают советских солдат из последнего боя

За последние 17 лет кубанские поисковики обнаружили останки больше 10 тысяч советских солдат

11.05.2016 в 10:15, просмотров: 2639

На том конце провода читатель из Белоглинского района Алексей Л.: «Волей случая у меня оказался орден Красной Звезды. Судя по номеру, он выдавался во время Великой Отечественной войны, а не после. Я бы с удовольствием отдал награду потомкам героя. Помогите установить фамилию бойца…». 

Кубанские поисковики  возвращают  советских солдат из последнего боя
На месте падения Пе-2, экипаж Ячменева. Фото: kubplazdarm.tuapse.ru

Социальные сети наводнили фотографии с празднования Дня Победы. Лица ветеранов, хроники шествия «Бессмертного полка», разрывающий вечернее небо салют. Многие снимки с хэштэгом (пометкой) «#патриотизм». Ненароком задумаешься, что запомнилось больше всего. Точно — звонок в редакцию накануне Девятого мая. 
На том конце провода читатель из Белоглинского района Алексей Л.: «Волей случая у меня оказался орден Красной Звезды. Судя по номеру, он выдавался во время Великой Отечественной войны, а не после. Я бы с удовольствием отдал награду потомкам героя. Помогите установить фамилию бойца…». И еще один звонок — уже поисковикам, которые занимаются увековечиванием памяти погибших при защите Отечества. «Сделаем, что сможем», — короткий ответ в трубке. На долгие разговоры времени нет. Несмотря на календарный выходной, они работают: ищут останки советских солдат, извлекают из земли обломки подбитых фашистами самолетов. 
Всего в крае действует 19 подобных общественных организаций, в составе которых больше полутора тысяч человек. Есть и объединяющая их ассоциация — «Кубаньпоиск». За последние 17 лет поисковики края обнаружили останки свыше 10 тысяч советских воинов. И далеко не все пропавшие без вести красноармейцы и офицеры найдены…

Извивы истории


Спустя 63 года после гибели рядовой Иван Петрович Николенко возвратился на родину — в Волгоградскую область. Помог чиновник, который когда-то не оставил родителям бойца никакой надежды на возвращение сына. Удивительную историю «МК на Кубани» рассказали хадыженские поисковики из отряда «Арсенал». Осенью 1942 года под станицей Куринской, у высоты 519,6, шли ожесточенные бои. За первые шесть дней октября 32-я гвардейская стрелковая дивизия потеряла больше полутора тысяч человек. Среди оставшихся на поле боя был и Иван Николенко. Поисковики нашли останки воина в 2005-м. При себе у молодого человека был «смертный» медальон. А в нем клочок бумаги с еле видимым текстом. Благодаря современной технике часть надписи восстановили: «Сталинградская область, Вязовский район, село Белые Пруды – Николенко Анне Ивановне».


— Оказалось, родители бойца еще в начале 1942-го получили извещение о том, что сын пропал без вести. Они не могли смириться и ждали весточки о нем до самой своей смерти. В середине 70-х супруги отправили запрос в местный военкомат. Бумага попала к капитану Валерию Нецветаеву. Он, в свою очередь, обратился в архив Министерства Обороны СССР. Но там информации о солдате не было. Капитан Нецветаев переслал старикам запись из архива: «…учесть Николенко пропавшим без вести». А в мае 2005-го мы передали останки на родину, — рассказывает руководитель «Арсенала» Александр Шилин. — И, представьте, за ними приехал тот самый Нецветаев. Теперь уже как работник администрации Даниловского района Волгоградской области. 
На церемонии, конечно, никто фамилии чиновника значения не придал. Все выяснилось недавно, во время работы с базой данных в интернете. Человеку суждено было все-таки вернуть родителям сына. Пусть через 30 лет. Рядового Ивана Петровича Николенко похоронили с воинскими почестями в Белых Прудах, рядом с могилами отца и матери.

Чувство долга


Восстановить данные погибших солдат поисковикам удается не всегда. Житель Новороссийска Евгений Панов за последние восемь лет извлек из земли останки более 300 бойцов. Все они остались безымянными.
— Работаем в горах, в той же Неберджаевской щели. Редко находим воинов «целиком». В основном это отдельные фрагменты — кости рук, ног. Впрочем, даже обнаруженная при солдате ложка с инициалами не гарантирует успеха. В архивных документах часто встречаются искаженные фамилии. Писари во время войны порой фиксировали данные на слух.
Но даже этих, безымянных, бойцов, никогда не вычеркнуть из памяти. Иногда кажется, что солдатик, признается мой собеседник, ждал именно тебя.
— Помню, во время пятой или шестой вылазки нашел парня в районе Грушевой балки. По всему выходило, что он отправился за водой и был убит. Зимой 42-го или 43 года. Представьте, сколько с той поры там хожено-перехожено…. И никто не заметил.
По закону организовывать и проводить поиски погибших воинов могут лишь уполномоченные на это общественные объединения. Евгений Панов является членом такой организации — «Новороссийский центр поисковых работ». Сейчас в ней не менее 15 активных участников. Они ищут солдат и моряков под землей и под водой. Общее же количество поисковиков гораздо больше. Просто все они исследуют «тропы войны» в свободное от работы время. Одни могут выйти
 на маршрут раз в месяц, другие — чаще. Поиски ведутся безвозмездно, на голом энтузиазме. Сам Евгений Артемович отправляется в горы каждые выходные. С собой берет металлодетектор (вдруг пряжки от противогаза звякнут), лопату, провиант. С Пановым, как правило, ходят еще два друга — военный врач и экономист. Такое «звено». К слову, сам Панов по образованию медработник, юрист и будущий специалист музейного дела. «А откуда поисковые навыки? — Практика!».
— Конечно, меня учили, как проводить работы, есть даже сертификат. Однако в большей степени помогают заинтересованность в деле и интеллект. Знание истории страны, например. В среде поисковиков вообще нет глупых людей. Ну и, конечно, движет чувство долга. Понимаете, у меня на вой-
не погибли двоюродные деды. Один из них, Степан Мошкин, был пилотом Пе-2, пропал без вести под Вязьмой. Но что такое «пропал без вести»? Думаю, в самолет попала бомба или машина рухнула в болото. Дед просто не смог выбраться из западни, — делится Евгений Панов.

«Бойцы невидимого фронта»


Известны в крае и другие поисковые организации. Это «К-95» в Славянске-на-Кубани, «Поиск» в станице Васюринской Динского района, «Подвиг» Геленджика, краснодарский «Щит и меч». В этом году краснодарские поисковики извлекли из земли останки 20 советских воинов. Все солдаты погибли в урочище близ станицы Шапсугской. Место получило красноречивое название «Поляна смерти».
 — Солдаты пали в бою при прорыве немецко-румынской обороны зимой 1943 года. Кто-то замерз заживо, будучи раненным. Бойцы будут похоронены с почестями 22 июня, — объяснил руководитель поисковой организации «Щит и меч» Алексей Корецкий.
Поисковики отметили: в их рядах есть не только участники полевых экспедиций, но и «бойцы невидимого фронта». Это люди, умеющие хорошо работать с документами. Зачастую они ведут поиски за много километров от Краснодарского края, не выходя из дома. В наши дни это возможно. Множество архивных документов находится в открытом доступе в интернете. Среди самых информативных электронных баз — обобщенный банк данных «Мемориал» (www.obd-memorial.ru). Здесь есть 20 миллионов именных записей о потерях Красной армии в Великой Отечественной войне. Существует также ресурс «Солдат.ру» (www.soldat.ru) с информацией о том, как правильно организовать самостоятельный поиск. На сайте «Подвиг народа», в свою очередь, имеются сведения о ходе и итогах основных боевых операций, подвигах и наградах всех воинов ВОВ независимо от званий (www.podvignaroda.ru). Наконец, сайт «Поисковое движение России» содержит материалы о поисковиках со всей страны и их находках (www.rf-poisk.ru).

Теперь – родные


Существует на Кубани и организация, которая в основном занимается поиском мест падений самолетов и установлением судеб членов экипажей. «Кубанский плацдарм» возник два года назад, но уже может похвастаться внушительными результатами. Это 154 найденных самолета, в том числе 121 советский. Недавняя находка, Пе-2 с останками экипажа внутри, географически относится к станице Холмской. Самолет не вернулся из разведывательного полета в феврале 1943-го. В то время шли бои за освобождение населенных пунктов, расположенных недалеко от Краснодара. 
— Мы проверяли информацию местного жителя Сергея. Он вспомнил, что в конце 60-х годов, мальчишкой, видел торчащий в поле хвост самолета. С того времени местность очень изменилась. Например, появились оросительный канал и дорога, деревья выкорчевали, а поля распахали. Однако Сергей уверенно привел нас в нужное место. Он ошибся всего на 50 метров, — рассказал заместитель руководителя поискового отряда Евгений Порфирьев.
На глубине четыре метра краснодарцы наткнулись на крыло самолета. Обломки были «законсервированы» в топливе, поэтому прекрасно сохранились. Читался и номер мотора. Вернувшись домой, поисковики изучили архивные документы. Исследование архивов, и как следствие, сопоставление фактов — важная составляющая их работы. Выяснилось, что из полета 10 февраля 1943 года не вернулись командир звена старший лейтенант Леонид Ячменев, штурман старший лейтенант Николай Кожухов и начальник связи младший лейтенант Василий Воробьев. Члены экипажа были уроженцами Ивановской и Рязанской областей. Все не старше 30 лет.
Удалось даже восстановить данные немецкого пилота, сбившего Пе-2. Фрагменты Пе-2 и останки экипажа полностью извлекли из земли недавно — 8 мая. Фермер, на чьем поле нашли самолет, разрешил провести работы. Несмотря на то, что пришлось уничтожить часть посевов.
— Общение с людьми — неотъемлемая часть работы поисковика, — рассказал член «Кубанского плацдарма» туапсинец Алексей Кривопустов. Среди опрашиваемых — дети войны, охотники, джиперы, грибники…. Любое свидетельство может оказаться важным.
К слову, именно с Алексеем мы общались по поводу ордена Красной Звезды, о котором нам рассказал читатель из Белоглинского района. Алексей объяснил: поисковики помогут сделать запрос. Однако ответа можно ждать до полугода.
 — Не все люди, в чьих руках оказались ордена поры Великой Отечественной войны, пытаются найти информацию с благой целью. Некоторые, напротив, желают понять, сколько знак стоит. Именно поэтому получить сведения частным лицам сложно.
Алексей добавил, что поисковыми работами занимается с 14 лет. Мальчишкой взяли в экспедицию «посмотреть». Сейчас туапсинцу 48. Как и у всех, кто связан с увековечиванием памяти павших защитников Отечества, у него особенное отношение к войне. Дед был военным хирургом, а мама — ребенок войны.
— Участвую практически во всех экспедициях. В обычной жизни занимаюсь ремонтом машин. На поисковую деятельность трачу и личное время, и средства. Например, день работы трактора стоит до 10 тысяч рублей. Иногда мы кидаем клич в интернете, чтобы найти финансы на вылазку. Но любые затраты действительно меркнут перед словами потомков бойцов: «Теперь вы — наши родные люди». Кстати, мы устраиваем встречи внуков фронтовиков, знакомим их между собой. Прошлым летом на подобную встречу приехали 20 человек из разных уголков страны.
 



Партнеры